Трудная тема и не очень благодарная. Но мы всё-таки не можем её обойти.
Итак, постабстинентный синдром, или, как часто его называют, ПАС.
Термин «постабстинентный синдром» вызывает в трезвом сообществе едва ли не больше споров, чем сам отказ от алкоголя. Одни считают это самообманом, уловкой, чтобы продолжать себя жалеть, попыткой объяснить любые жизненные трудности «синдромом», которого якобы не существует. Другие, напротив, превращают ПАС в пугающий диагноз, который якобы обрекает человека на многомесячные мучения. Истина, как обычно, лежит между этими крайностями, и чтобы понять её, нужно разобраться в природе и реальных механизмах этого состояния.
Раз уж мы говорим о постабстинентном синдроме, значит существует и абстинентный синдром. Абстиненция (синдром отмены) — признанный медицинский диагноз. В МКБ-10 он входит в раздел расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ, и для алкоголя обозначается как F10.3. Это то, что развивается в первые дни и недели после прекращения употребления. Тремор, потливость, тахикардия, судороги, тревога. Эти симптомы связаны с тем, что мозг, привыкший работать в присутствии алкоголя, резко лишается привычного вещества и отвечает расбалансированностью и гиперактивностью.
А что мы знаем про ПАС?
Приставка пост- значит «после», «после завершения чего-то». Речь буквально о состоянии, которое возникает после острой фазы отмены, а не во время неё.
ПАС плохо стандартизирован. Даже учёные в обзорах не могут договориться — нет консенсуса, нет единого определения и общепринятого маркера.
Медицинские классификации вроде МКБ устроены жёстко: нужны чёткие критерии — повторяющийся набор симптомов, понятный прогноз, конкретные показатели. С ПАС это не работает. Во-первых, симптомы слишком размытые: то же самое может быть от депрессии, выгорания или просто от жизни. Во- вторых, индивидуальные особенности. Общей картинки не складывается.
Стоит сказать: ПАС — не обязательная глава в истории трезвости. Он развивается не у всех. У многих период восстановления проходит без затяжных симптомов — и это тоже норма.
Тем не менее это не делает ПАС выдумкой. Ведь отсутствие формального статуса, не означает отсутствия реальности. В специальной литературе часто описывают тревогу, раздражительность, бессонницу, дисфорию, ангедонию, трудности с концентрацией и памятью, хроническую усталость и тягу, которые могут сохраняться и тянуться недели, месяцы, а иногда дольше после окончания абстиненции. Все эти проявления могут приходить волнами. С точки зрения нейробиологии это похоже на затяжную перестройку мозга после хронического употребления. Мозг слишком долго жил с веществом и адаптировался к нему. Системы награды, самоконтроля, нейромедиаторный баланс — всё это перестраивалось годами. А когда вещество исчезает, возвращение к устойчивому состоянию идёт не по прямой. Это индивидуальный и неравномерный процесс. У одних он занимает несколько недель, у других растягивается на многие месяцы и даже год-полтора. У одних людей этот период почти не заметен, а у других ощущается очень тяжело. Скорость и глубина восстановления зависят от длительности и интенсивности употребления, возраста, генетики, общего здоровья, наличия психических и психологических проблем.
Серьезные научные исследования не отрицают саму реальность этих состояний. Они признают: феномен клинически значимый, с ним сталкиваются многие, и он заслуживает внимания. Спор в научной среде не о том, «бывает или не бывает», а о том, можно ли все такие разные случаи собрать под одной крышей и называть общим термином «ПАС».
Если подойти к этому вопросу ответственно, можно сделать вывод, что называть ПАС мифом так же неверно, как списывать на него любые срывы.
Это не диагноз в строгом смысле слова, а признанный практиками синдром длительного выхода из зависимости. В МКБ он не попал не потому, что его «придумали», а потому что для диагноза не хватает чётких лабораторных или инструментальных критериев из-за субъективности и вариабельности его проявлений. Это термин для описания реального этапа восстановления.
Самая рабочая позиция — вместо споров о том, существует ПАС или нет, важно смотреть на состояние самого человека и не обесценивать его переживания.
А если ты сам испытываешь подобные состояния — это не повод ставить на себе крест и свести на нет все усилия. Это не приговор, а фаза. И она проходит — медленно, неравномерно, но проходит. Нужно признать сложность этапа, но продолжать делать то, что помогает побороть зависимость. Путь восстановления у каждого свой, и сравнивать надо себя не с другими, а с собой вчерашним.
В одном мы уверены точно: такие состояния легче проживать не через «соберись и терпи», а через осознанность, поддержку и новые привычки. Именно на это и опирается метод Шичко.